ФЭНДОМ


«То, что рождено в крови, навсегда предано крови»
– «Либрис Малефика»


Плакальщикиорден-наследник Кровавых Ангелов, созданный во время 21-го Основания. Вслед за вовлечением ордена в Бадабское восстание Плакальщики стали объектом расследования, и в итоге им было даровано прощение Императора в обмен на клятву векового крестового похода покаяния. Однако, злая судьба продолжила преследовать орден, так как поход привёл их прямо в пасть флота-улья Кракен. На момент 999.М41 во всей галактике едва ли набиралось 3 роты Плакальщиков, но вскоре было полностью восстановлено благодаря космодесантникам-примарис.

История

Возможно, что Плакальщики больше всех остальных доживших до наших дней орденов заслуживают репутацию проклятых, которых избегают другие Адептус Астартес. Давным-давно на их судьбу опустился саван теней, который словно пятнает многие достижения Плакальщиков, и часто обращает их победы в горький прах на руках. Странные роковые совпадения и печальные перемены, которые преследуют отпрысков Сангвиния, изгнали орден из стройных рядов чтимых героев Империума и лишили Плакальщиков большей части лавров, которые сыплются на известных всех образцовых Адептус Астартес, таких как Ультрамарины или предки сих воителей — Кровавые Ангелы. Нельзя сказать, что Плакальщики плохо сражаются — напротив, на первый взгляд их послужному списку можно позавидовать. Но, похоже, что успехи отпрысков Сангвиния вновь и вновь портят нежданные последствия или внезапные непредвиденные потери, и случалось, что в ходе масштабных событий Плакальщики обнаруживали, что приняли не ту сторону. Что особенно верно, если говорить о роли отпрысков Сангвиния в Бадабской войне, когда гордость и чувство обиды Плакальщиков почти привели к их гибели от рук тех, кого печальные воители некогда называли братьями.

Всё, что связано с истинной природой 21-го Основания орденов космодесанта (середина М36), к которому принадлежат Плакальщики, давно скрылось среди загадок и легенд. Это Основание вошло в историю Инквизиции и космодесантников как «Проклятое», и на то были причины, потому что многим из созданных в те времена орденов при разных обстоятельствах выпала мрачная участь. Ныне многие считают, что ордена 21-го Основания были прокляты от рождения. Хотя Плакальщики и входят в число тех, кто избежал вырождения в нелюдей или безумия, клеймо Основания всё же сделало их чужими в глазах других космодесантников, многие из которых стали избегать ордена отпрысков Сангвиния, несмотря на их несомненную верность Империуму и доблестную защиту его населения. Плакальщики предпочли отнестись к неприязни с благородным терпением. И когда в начале М37 ситуация в Империуме ухудшилась, отпрыски Сангвиния удалились на окраины, чтобы их не втянули междоусобные конфликты тех времён, когда более непутёвые и испорченные представители 21-го Основания и другие диссиденты были истреблены в серии кровопролитных войн и чисток. В те времена Плакальщики использовали мобильность, которую им обеспечивало базирование на флоте, чтобы вести крестовый поход против внешних врагов, а не тонуть в трясине гражданских войн. В последующие полтора тысячелетия отпрыски Сангвиния продолжали свой поход, участвовали во многих кампаниях против орков, фра'ал и эльдар на западной окраине галактики и часто помогали оказавшимся под угрозой изолированным мирам Империума. И всё же, несмотря на список чтимых побед и доблестную защиту обширных владений человечества, призрак неудачи следовал за Плакальщиками, и их начали окружать мрачные слухи, потому что орден вновь и вновь страдал от прискорбных изменений обстоятельств и мрачных поворотов судьбы. И поэтому многие имперские командующие и другие ордена космодесантников продолжали с подозрением относиться к отпрыскам Сангвиния даже тогда, когда Высшие Лорды Терры в М39 отозвали Плакальщиков и некоторые другие крестовые ордена, чтобы разобраться с нарастающей угрозой вторжений из Ока Ужаса.

Репутация часто работала против ордена, но редко приводило к таким последствиям, как во время вторжения Хаоса на Корилию во времена 9-го Чёрного крестового похода. Суеверные Мортифакторы бросили планету на произвол судьбы, чтобы не сражаться бок о бок с Плакальщиками. Сыны Сангвиния, не желая бросать население мира-улья, шесть стандартных недель сдерживали натиск Чёрного Легиона, понесли чудовищные потери, но продержались до тех пор, пока боевая группа во главе с Ультрамаринами и Белыми Шрамами не прорвалась сквозь блокаду Хаоса на помощь Корилии. После самопожертвования от ордена осталось лишь 200 боевых братьев, и Плакальщиков сочли уничтоженными, когда вскоре их флот исчез в варп-шторме. Но спустя больше столетия он появился на границе сегментума Солар, куда медленно пробился из внешней пустоты.

К 587.М41 Плакальщики медленно восстановили флот и братство и стали действовать как крестовое воинство рядом с ядром галактики, получили просьбу от Высших Лордов Терры стать частью обороны проблемной зоны Мальстрима. Задачей ставших Стражами Мальстрима потомков Великого Ангела было патрулирование пустынных просторов западных регионов шторма, и они с великим усердием принялись исполнять свой долг. В те времена отпрыски Сангвиния стали близкими союзниками Астральных Когтей, которые осуществляли стратегическое руководство в зоне Мальстрима, и сражались с ними бок о бок во многих великих битвах. Похоже, что Астральные Когти, особенно при последнем магистре, Люфгте Гуроне, относились к Плакальщикам с уважением, которого отпрыски Сангвиния редко добивались от равных, а также предоставляли им военные ресурсы, чтобы орден сохранял силу. Узы пролитой в битвах крови и непривычная дружба Астральных Когтей однажды станут причиной гибели Плакальщиков.

Проклятое Основание и Изъян Кровавых Ангелов

Во многих источниках указано, что Проклятое Основание было одним из самых больших со времён разделения Легионес Астартес. В сохранившихся докладах Инквизиции написано, что магосы-биологис, которым поручили наблюдать за ходом 21-го Основания, получили приказ или одобрение попытки очистить, усилить или каким-либо другим способом улучшить генетическое семя, которое использовали для создания новых орденов. Надо сказать, что в разных архивах указана разная степень того, как далеко зашли изыскания. Похоже, что уже тогда высказывались сомнения в мудрости самовольных изменений генетического материала Астартес, поэтому велика вероятность того, что масштаб проводимых модификаций был скрыт даже от Высших Лордов Терры и великих магистров тех дней. И в это легко поверить, учитывая разлад и политическую нестабильность всего тогдашнего Империума. Похоже, что в случае Плакальщиков, единственного ордена 21-го Основания, созданного из генетического семени Кровавых Ангелов, усилия магосов-биологис были направлены на устранение или, по-крайней мере, ослабление так называемого «Изъяна Сангвиния». Изъян, чья истинная природа известна немногим кроме Кровавых Ангелов и их наследников, поражает один из самых прославленных легионов Императора безумием и медленным падением в пучину бездумной ярости. Вырождение, как в физическом, так и в духовном плане, угрожает всем орденам, созданным из генетического семени Кровавых Ангелов. В некоторых Изъян вызывает ужасное безумие и стремление к смерти, из-за чего они бесстрашно бросаются на врагов, а других наполняет дикой тягой к крови, известной как Красная Жажда. Отпрыски Сангвиния вынуждены бороться с этими ужасными недугами, чтобы сохранить рассудок и самих себя и исполнить свои клятвы защитников человечества и воинов на службе Императора. То, что генетическое семя Кровавых Ангелов используют до сих пор — подтверждение славной истории самого ордена, а также его других врождённых особенностей, которые не ограничены низким уровнем отторжения имплантатов и необычайно долгим сроком жизни, который длиннее, чем у всех остальных известных родословных Астартес.

Сами Кровавые Ангелы давно ищут способ решить эту проблему, поэтому вероятно, что экспериментальные процедуры, которые были проведены над генетическим семенем во время создания Плакальщиков, получили по-крайней мере молчаливое одобрение их предков. Этот вывод можно сделать на основе того, что у организации, ритуалов и специального оснащения Плакальщиков всегда были уникальные особенности наследников Кровавых Ангелов.

Похоже, что попытка ослабить эффекты Изъяна была частично успешной, по-крайней мере, изначально, потому что, судя по уцелевшим хроникам, количество поддавшихся Красной Жажде братьев было очень низким.

Однако была и обратная сторона успеха. Почти сразу было отмечено, что в разумах и характерах Плакальщиков присутствуют определённые черты, которые с годами становились всё сильнее. Мрачная меланхолия словно пустила корни в душе ордена, а другие отпрыски Сангвиния говорят, что Плакальщики горюют о смерти примарха так сильно, как никто другой, а в их сердцах слышны печальные крики всех мучеников, которые взывали о возмездии среди холодных звёзд. Что бы ни было причиной, неудачи уже начали следовать за Плакальщиками, словно непрошенные тени. К концу М36 стало ясно, что дети Проклятого Основания страдают от болезней и отклонений, чьё разнообразие сопоставимо лишь с шоком, который они взывают.

Поэтому, а также из-за падения многих орденов 21-го Основания, не были повторены уникальные процедуры, которые создали генетическое семя Плакальщиков, а сам орден стал уникальной частью Империума. За прошедшие века было замечено ухудшение необычной склонности к мрачной меланхолии и то, что Красная Жажда вновь пробудилась в Плакальщиках и начала усиливаться, что, судя по некоторым докладам, со временем происходит со всеми наследниками Кровавых Ангелов. Учитывая недавние огромные потери ордена и ухудшение отклонений, ныне под вопросом само выживание Плакальщиков.

Организация

В организационной структуре и тактике проведения операций Плакальщики верны своему сердцу потомков Кровавых Ангелов, от которых они унаследовали славные воинские традиции и жестокое, но эффективное искусство войны. Плакальщики, как и их прародители, твёрдо придерживаются базовой структуры Кодекса Астартес с привычным разделением на 10 рот по 100 боевых братьев.

Впрочем, границы между подразделениями Плакальщиков размыты даже сильнее, чем в других орденах отпрысков Сангвиния. Роты, кроме 10-ой, состоящей из ещё не завершивших обучение новообращённых, редко сражаются в полном составе, и вместо них в случае необходимости действуют ударные группы, которые набирают из боевых братьев со всего ордена. Эта неформальная система позволяет Плакальщикам изменять свои войска так, как того во время операций требуют обстоятельства, и на это есть множество причин, в частности то, что отпрыски Сангвния как правило сражаются в одиночку и на горьком опыте научились действовать в случае непредвиденных бедствий.

Набор в орден также проводиться самым что ни на есть обычным образом. Вероятных кандидатов набирают с феодальных миров и далёких колоний, куда скитания заносят флот Плакальщиков. Соискатели проходят длительные моральные и физические проверки, и те, кто выжил, но не прошёл испытания, становятся слугами ордена, и иногда и сервиторами.

В битве Плакальщики предпочитают тактику внезапных штурмов и часто высаживаются поблизости от врага с «Громовых Ястребов» и «Грозовых Воронов». Отточенная веками опыта способность проводить атаки с воздуха и высаживаться под тяжёлым обстрелом, если это необходимо, стала для отпрысков ключом к победе и выживанию в бою с превосходящим их по численности врагом.

В отношении боевого снаряжения и символики Плакальщики больше придерживаются стандартного арсенала космодесантников, чем их предки, да и их наследники Второго Основания. Возможно, что дело скорее в том, что так легче пополнять запасы и содержать технику для ордена, который базируется на флоте, не имеет родного порта и вынужден больше полагаться на своих ремесленников. Известно, что орден бережно хранит немногие немногочисленные реликвии, такие как мечи Энкарминэ и оружие системы «Ангелус», которые используют капитаны, но кроме воздушной мощи, боевых артефактов вроде «Лендрейдеров» и «Хищников» типа «Ваал», у Плакальщиков меньше общего с Кровавыми Ангелами, чем у других наследников легиона. В арсенале ордена особенно редки комплекты терминаторских доспехов, которые невероятно ценятся отпрысками Сангвиния.

Как и у Кровавых Ангелов, капелланы Плакальщиков действуют как часть общего командования ордена, а не как подчинённые, в отличие от большинства кодексных орденов. Реклюзиам существует, чтобы наблюдать за нарастающей Красной Жаждой, а сангвинарное жречество, которое исполняет в ордене роль Апотекариона, играет особенно важную роль и известно как «Чаша». Многие замечают, что именно жрецы удерживают орден вместе во времена многих испытаний и неудач, а также то, что они заботятся не только о телесном здоровье боевых братьев, но также об их душевных стигматах. Жрецов чаши избирают из самых уравновешенных и сильных духом Плакальщиков, а остальные боевые братья смотрят на них с почтением и гордостью.

Известные битвы и кампании

  • Уничтожение «Нечестивого Сердца» (681.М41)

Закрытый архив Ордо Еретикус

Материал Ордо Еретикус
Доступ исключительно для членов Ордо Еретикус
Под страхом смерти запрещено показывать или позволять увидеть данную запись любому несанкционированному персоналу
Некрораспознавание, считывание с коры мозга

Номер образца: 391,384,814,598//584
Считывание начато: [1v1//24/s.102] 933.М41

Капитан Анэс Рихтер ухватился за консоль и с трудом поднял свое закованное в доспехи тело с палубы. Молча проклиная леденяще-холодную боль в костях, он изо всех сил старался не поддаваться горевшему внутри него огню, от которого цепенела плоть, и лишь благодаря силе воли заставлял тело повиноваться приказам, делая по одному крошечному движению за раз.
Сводчатый командный мостик содрогнулся, когда в корабль очередной раз попали, и откуда-то неподалеку донесся предсмертный крик еще одного боевого брата Плакальщиков.
— Огонь… продолжать огонь! — удалось прохрипеть ему, но когда на приказ никто не ответил, он вновь пополз мимо украшенных барельефами пультов контрольных станций ударного крейсера.
Ноги почему-то отказывались повиноваться ему, он смутно понимал, что вторичное сердце остановилось, а несколько других органов отказали, но его вело желание завершить дело. Каждая частичка его души отрицала возможность поражения, и он не желал просто упасть и умереть или же позволить отчаянию охватить разум.
Подтянувшись к орудийному пульту, капитан презрительно отбросил в сторону мертвого сервитора и заметил свое отражение в разбитом матово-черном дисплее. В черном стекле он увидел свое мрачное, обычно такое уверенное лицо, теперь мертвенно-бледное, исчерченное длинными черными ручейками, бегущими изо рта и глаз. То была кровь, которой Сангвиний оплакивает мертвых.
В клуатре над мостиком вновь раздался громкий звон сигнального колокола, и Рихтер резко взглянул на боевую голосферу. Несмотря на всю решимость, увиденное поразило капитана до глубины души. Словно оживший ночной кошмар, извращенный ужас висел на фоне черноты космоса, истекая пурпурно-багровыми клубами вещества варпа из десятка повреждений в корпусе, но продолжая злобно выть в пустоту. Космический скиталец «Нечестивое Сердце», прибежище демонов, убийца миров.
Подобно урагану, который обрушился в море на хлипкое суденышко, на ударный крейсер хлынула волна незамутненной ненависти, от психической злобы командный мостик вспыхнул белой мглой, а Рихтер закричал, когда в его тело и душу вонзились новые кинжалы боли.
На капитана Плакальщиков налетели призрачные порождения кошмаров, и исторгнутые тьмой бессчетные проклятые души затянули свою песнь о бесконечной боли и гневе предательства. Перед его глазами с всесокрушающей ясностью мелькали лица мужчин, женщин и детей, которых он когда-либо пытался спасти и не смог, каждая отнятая им жизнь, каждый потерянный товарищ.
— Я — дитя Сангвиния, — прошептал он, не позволяя ужасам проникнуть в свой рассудок. — На меня возложена слава вечной жертвы, на меня возложен долг, который не окончить вовек.
Когда видения рассеялись, Рихтер смутно разглядел, как по палубам и стенам мостика к нему со всех сторон ползут полупрозрачные, похожие на скелеты существа с крючковатыми пальцами, пожирая по пути тела погибших. Он услышал, как их бритвенно-острые когти зацарапали по пластинам его доспехов, эхом разносясь в имматериуме и реальном мире. Внезапно призрачный свет исчез, и мостик вновь погрузился во тьму, когда волна психического кошмара из скитальца прошла мимо. Где-то позади него, словно осколочная граната, взорвался инфопровод, и раздался новый вой сирен, когда вновь замерцала голосфера.
Рихтер, наконец, добрался до своей цели и рухнул на консоль канонира, словно марионетка с обрезанными нитями, сплюнув на панель активации месиво из зубов и застоявшейся крови. Из последних сил он отпихнул тело брата Фалько, своего мастера-канонира, глазные линзы шлема которого были полностью выжжены. На дисплее мерцали багрянцем авгуры статуса и с безумной скоростью прокручивались литании залпа, пока машинный дух пытался удержать на прицеле скиталец, который даже не находился целиком в обычной реальности.
— Благослови тебя Император, Фалько, и да упокоит он твою душу, — прошептал капитан…
Рихтер всем своим весом уперся в рычаг управления огнем, и мгновением позже ударный крейсер до основания содрогнулся от знакомого грохота. Мерцающее изображение на голосфере взорвалось и растрескалось, когда похожие на кометы всполохи макро-снарядов попали прямиком в брюхо зверю, разметав во все стороны гигантские облака обломков и расколов искривленные очертания его корпуса, из которого хлынул кипящий свет.
Рихтер ощутил, как в темных уголках его души нечеловеческий враг возопил от боли и разочарования.
— Мы тоже можем ненавидеть, — жестокая улыбка промелькнула на изуродованном лице капитана.

Считывание закончено: [1v1//48/s.102] 933.М41

Савант-некрораспознаватель: Пелег 202 (ликвидирован)
Савант-автосчитыватель: Ачан 1237 (ликвидирован)

В 681.М41 на границе Мальстрима появился ранее неизвестный космический скиталец, которого назвали «Нечестивое Сердце». Исполин, состоящий из искажённого сгустка разрушенных городов и потерянных кораблей, оказался обиталищем демонов, и всех, кто вступал в контакт со скитальцем, захлёстывало самоубийственное отчаяние и безумие. Несколько эскадренных кораблей и ударный крейсер Астральных Когтей были потеряны со всем экипажем во время доблестной попытки перехватить «Нечестивое Сердце», которое опустошало аванпосты. Затем скиталец ускользнул в варп и вновь появился на орбите колониального мира Эшунна. Больше четверти населения планеты умерло за одну долгую ночь, став жертвой волны массовых самоубийств, смертельного бешенства и беспричинной истерии. Казалось, что лишь космодесантники из ордена Плакальщиков могли приблизиться к скитальцу и не умереть от одного его пагубного вида, но даже они начали поддаваться под безжалостным натиском призраков проклятых. Плакальщики не дрогнули, несмотря на нечистый кошмар, и, использовав комбинацию обстрела в упор и отчаянных абордажей, смогли отогнать от планеты проклятое варпом чудовище. Отпрыски Сангвиния продолжили атаку, тёмная звезда в сердце скитальца угасла, и «Нечестивое Сердце» наконец-то распалось под продолжительным обстрелом. Потери Плакальщиков были велики — они потеряли в бою больше 300 боевых братьев и четыре ударных корабля.

Впоследствии, комиссия Ордо Маллеус раскритиковала орден за то, что они не уничтожили скиталец как можно быстрее ещё над поверхностью Эшунны. Это решение вызвало настоящую ярость у Плакальщиков, которые вышвырнули посланников Инквизиции за оскорбление.

  • Освобождение Бойни III, Коринфский крестовый поход (701.М41)

В начале крестового похода Ультрамарины призвали союзников помочь им в святом деле очищения могучих империй орков в регионе Харадон. Плакальщики считали, что задолжали потомкам Жиллимана после того, как те пришли им на помощь много лет назад во времена бедствий и осады Корилии, и поэтому ответили на зов Марнея Калгара. Сыны Сангвиния прислали на помощь крестовому походу оперативно-тактическую боевую группу из 300 боевых братьев на грозной боевой барже «Дочь Бурь» и её эскортные корабли. Огневая мощь боевой баржи, звенья «Грозовых Воронов» и лютая жажда крови боевых братьев хорошо послужили крестовому походу. Плакальщики единолично уничтожили рой баивых крейсиров орков в гравитационном колодце Пика Черепов и вместе со Странствующими Десантниками сражались на острие победоносного планетарного штурма пушечного мира Убейпыщь. Но наибольшую добрую и дурную славу орден обрёл после освобождения Бойни III.

То был мир, в шахты которого по имперским документам орки загнали навсегда сотни тысяч рабов, и ключевая шестерёнка в усилении Waaagh!. Из-за того, что Бойня III находилась в глубине Харадона, её атака чем-то меньшим полной боевой группы стала бы самоубийством. Плакальщики, которыми двигали не только широкие стратегические проблемы, но и сострадание к пленникам орков, подали командованию похода прошение разрешить им атаковать Бойню III. Марней неохотно согласился с оговоркой, что он не будет оказывать поддержки операции. Верным своему слову Плакальщикам благодаря вековому опыту проведения флотских операций удалось проскользнуть мимо орков. «Дочь Бурь» вышла из варпа в опасной близости от внешних орбитальных защитных установок Бойни III и застала зеленокожих врасплох. Вскоре орудийные станции изумлённых орков были уничтожены, а атакующие цепи «Громовых Ястребов» и «Грозовых Воронов» обрушились на гарнизоны орков на поверхности. Безжалостный кровожадный натиск Астартес быстро устранил организованное сопротивление орков. Видя, как повергают их жестоких пленителей, пленники, которые во много раз превосходили по численности зеленокожих, восстали, и спустя несколько коротких часов планета была в руках Плакальщиков. Неожиданный и крайне успешный результат плана по свержению орков также вызвал проблему непредвиденных размеров. Отпрыски Сангвиния освободили более трёх миллионов людей, которые теперь ждали, что Плакальщики избавят их от зеленокожих. Рабы видели в Плакальщиках ответ Императора на их молитвы. Космодесантники из более чёрствого ордена, каких, честно говоря, много, просто бросили бы пленников на произвол судьбы, удовлетворившись саботажем шахт, и отбыли бы, чтобы исполнить более важные миссии в битве против врагов человечества, а более благочестивые или верные долгу бы подготовили рабов к мученичеству. Ни одно из этих решений не привлекало Плакальщиков.

Корабли орков начали собираться на границе звёздной системы, и вскоре стало ясно, что победа не прошла незамеченной, а все планы полномасштабной эвакуации, которые могли придумать Плакальщики, были просто невыполнимы. Немногие способные к переходу через варп транспорты и корабли рабов, которые Плакальщики захватили в бою, было невозможно починить до начала бешеной атаки зеленокожих, а на кораблях Плакальщиков столько людей бы просто не поместилось. Но отпрыски Сангвиния отказывались бежать и были готовы достойно умереть, пока ещё есть хоть какие-то шансы, а технодесантники и достаточно способные рабы отчаянно пытались вернуть захваченным судам возможность полёта. Чтобы дать им время, единственная боевая баржа и меньше 200 выживших Плакальщиков сражались в кошмарной битве, во время которой на них одна за другой обрушивались таранные корабли и убойные крузеры, но отпрыски Сангвиния отражали атаки с такой дикостью, что даже оркам становилось не по себе. Во время кровавой бани беспрецедентное количество Плакальщиков поддалось Чёрной Ярости.

Именно рабы в итоге приняли решение, которое позволило выйти из тупика. После благодарственного последнего молебна они вызвали «Дочь Бурь» и попросили о милосердной смерти. Новый флот зеленокожих собирался для атаки, и поэтому у Плакальщиков не осталось выбора. Они взорвали сейсмические заряды, которые были заложены для уничтожения шахт, а затем обратили орудия на примитивные посадочные площадки и станции-доки. За считанные минуты Бойня III была опустошена. Меньше 100 Плакальщиков стояли на ногах, когда потрёпанная, но несломленная «Дочь Бурь» покинула систему в сопровождении горстки отбитых транспортов, на которых находилось меньше десятой части освобождённых рабов (в основном женщины и дети), которых позднее передали под опеку орденов Госпитальеров.

В отношении операции освобождение Бойни III стало полным успехом. Уничтожение шахт и доков на многие годы отбросило накопление орками боевых материалов и ослабило сопротивление крестовому походу. Более того, в штаб уже пришли сообщения о том, что соперничающие кланы орков сошлись в бою за контроль над богатствами системы. Плакальщики провели почти идеальный внезапный штурм, а их успех омрачали лишь неудачные потери после битвы. Однако эта «победа» оставила отпрыскам Сангвиния горький привкус пепла, и Плакальщики пошли на почти беспрецедентный шаг, отказавшись принять из рук Калгара награду — Железный Ореол. Некоторые сочли это намеренным оскорблением, что породило новые подозрения и мрачные слухи среди тех, кто уже плохо относился к ордену...

Участие в Бадабской войне

В начале войны Плакальщики действовали практически в полную силу, в ордене было больше 800 активных боевых братьев и около 70 скаутов. Также, благодаря альянсу с Астральными Когтями, орден был лучше снабжён базовой техникой и боеприпасами, чем за многие века до этого. Но возможно, что для Тирана был наиболее ценен флот Плакальщиков, не только из-за мощи боевых кораблей, но также из-за отличных пилотов и огромного опыта ордена в проведении налётов и абордажей. Помимо варп-барка «Матер Лакримарум», который играл роль мобильной базы и ремонтного дока, 2 кораблей-кузниц и 10 других вспомогательных судов орден обладал 2 необыкновенно мощными боевыми баржами, 6 ударными крейсерами, 3 крейсерами типа «Авангард», а также 22 эскортными судами разных типов.

Плакальщики бились на передовой и нанесли ряд сокрушительных ударов по врагам Тирана. Гурон направлял отпрысков Сангвиния против чисто военных целей, потому что наверняка ясно понимал, что в противном случае быстро потеряет их поддержку. Плакальщики сыграли главную роль в наступлении отступников на Саган в 904.М41 и в отражении контратаки Огненных Ястребов на Галене в следующем году. Когда же началась полномасштабная кампания лоялистов, орден Плакальщиков возглавил борьбу за контроль над варп-маршрутами зоны Мальстрима и провёл несколько масштабных рейдов и контр-рейдов, в то время как Астральные Когти использовали свои сильные стороны в статической обороне и полномасштабных боевых операциях, а Воины-Богомолы проводили партизанские атаки и диверсии. В 908.М41 Плакальщики уже понесли значительные потери, но базирующийся на флоте орден продолжал защищать юг сектора Бадаб, а также эскортировать многие снабженческие конвои отступников. Они всё ещё были силой, с которой нужно считаться, и поэтому был приведён в действие план по изоляции и выведению из войны потомков Кровавых Ангелов.

Сеть коварных шпионов легата-инквизитора Фраина вместе со сканированием авгурами дальнего радиуса действия и разведывательными операции в южной зоне Мальстрима, обеспечили лоялистов множеством данных о передвижениях и развёртывании, которые были проанализированы в поисках схемы. Быстро стало очевидно, что Тиран Бадаба использует Плакальщиков как щит, который охраняет южный фланг и оспаривает власть лоялистов в Бледных Звёздах, тогда как большая часть Астральных Когтей находится в резерве рядом с самим Бадабом. Силы ордена Минотавров были стянуты, чтобы воспользоваться этой слабостью и нанести удар в самое уязвимое место. Возможность появилась в 6888908.М41, когда было обнаружено, что барк Плакальщиков «Матер Лакримарум» находится на орбите дикого мира Оптера и пополняет запасы. Немедленно была собрана и направлена в атаку на корабль ударная группа, которой удалось перехватить барк и вывести из строя его основные двигатели, что лишило «Матер Лакримарум» возможности сбежать из системы. На борту барка находились раненые, а также драгоценный запас генетического семени, и поэтому Плакальщики не могли не попытаться защитить его любой ценой. И ловушка захлопнулась. Продолжительные атаки на барк заманили в систему Оптера флот ордена с большей частью боевых братьев без помощи от других отступников. И в ней Плакальщиков в полную силу атаковал орден Минотавров. Начавшаяся кровавая битва продолжалась 17 стандартных часов, за время которых произошли самые жестокие бои кораблей, которые можно себе представить, и свирепые схватки на скалистой поверхности Оптеры V. Минотавры понесли тяжёлые потери, но превзошли врага благодаря собственной жестокости и абсолютному численному перевесу. Выжившие Плакальщики были вынуждены сдаться, чтобы избежать полного уничтожения, когда барк был захвачен, а все корабли флота превратились в обломки или были повреждены и горели. Минотавры забрали себе как трофеи большую часть выведенных из строя кораблей Плакальщиков и снаряжение павших. Включая раненных, захваченных в Апотекарионе ордена во время битвы, лишь 311 Плакальщиков выжили в битве и до конца войны пробыли в заключении на тюремном судне на ночной стороне Сагана II.

Галерея

Материалы сообщества доступны в соответствии с условиями лицензии CC-BY-SA , если не указано иное.