Warhammer 40000 Wiki
Advertisement
Warhammer 40000 Wiki
3325
страниц
«Всё должно увядать и умирать. Пусть корни древа гниют и тень его несёт болезнь, дабы накормить эпидемию оставленной надежды»
– Агалор Разносчик Язв

Носители Гнили Нургла (иллюстрация из "Codex Heretic Astartes Death Guard" 8 редакции)

Гниль Нургла, чаще известная как просто Гниль — одна из самых мощных демонических зараз Бога Хаоса Нургла, считающаяся одним из величайших творений Владыки Распада. Самое печально известное творение Господина Чумы служит признаком его вмешательства. Несмотря на тысячелетия усилий, он никогда не улучшал болезнь, носящую его имя: Гниль Нургла. Это самая заразная, отвратительная и прожорливая из всех болезней, язв и лихорадок, которые он когда-либо производил. Эта мерзкая болезнь не столько живое проявление физического распада, сколько духовная чума, медленно разрушающая душу жертвы.

Эта совершенная болезнь не дарует заражённому быстрой смерти, превращая его в раздутый живой труп, начинённый кошмарными веществами. Их кровь свёртывается в венах, глаза срастаются вместе в единую сферу и рог вырастает из головы. Болезнь не только влияет на организм — она болезненно развращает душу больного до такой степени, что жертва должна либо прекратить свою жизнь, либо принять идеалы Дедушки Нургла. Только когда смерть наступает, они поймут истинное благословение, которое снизошло на них, так как их душа возрождается в Саду Нургла, в царстве Хаоса в форме нового чумоносца

История

Чумоносец - неизбежный конец тех, кто был заражён Гнилью Нургла

Величайшая из печально известных зараз Нургла, Гниль известна под многими именами, появляясь на бесчисленных мирах, заставляя целые народы вымирать от этого ужасного демонического возбудителя. Посвятившие себя Нурглу чернокнижники Хаоса принимают в себя всевозможные болезни, служащие творениями Владыки Чумы. Эта бурная масса распада и энтропии вызывает бурное психическое эхо совершенной чумы, распространяющейся на находящихся рядом. Инфекционный дар Нургла проливается на всех, кто стоит слишком близко к чернокнижнику. Это гнусное заболевание также может быть передано чумным ножом — разъеденным железным лезвием, покрытым ржавчиной и ядом, дабы лучше распространить благословение Отца Нургла по всей Галактике. Только те, кто чист в его глазах, такие как чумные десантники, одаряются этим оружием и любое из меньших существ, получившее даже мельчайшую рану, будет одарено одним из бесчисленных творений, таких как Гниль Нургла. Те же, кто посвятил себя Нурглу, не подвержены влиянию этой силы.

Симптомы меняются настолько непонятным образом, что ни один имперский медик, врач или апотекарий космического десанта не может вывести лекарство, но болезнь включает в себя худшие элементы каждой чумы, которая когда-либо поражала смертных Галактики, медленно превращая страдальца в раздутый, гниющий, живой труп, прежде чем он уступит возможной мучительной кончине. Хуже того — последствия не прекращаются со смертью, так как душа смертного теперь принадлежит Нурглу, обрекаясь на службу в качестве демона-чумоносца. Имперская Инквизиция уничтожала целые миры в пламени Экстерминатуса, стоило Гнили однократно проявиться — таков ужас, вызываемый ею.

Традиции нурглитов гласят: каждый человек, контактировавший с Гнилью — уже семя, произрастающее из ветвей деревьев, растущих в Саду Нургла в варпе; по мере того, как болезнь захватывает страдающего, это семя набухает в мерзком бубонном плоде, который питает душу страждущего как клещ, поглощающий кровь хозяина. Когда раздутая жертва истекает кровавой мокротой, последние остатки её души всасываются в плод, и спелая плоть распадается, выпуская в мир нового демона-чумоносца.

Чем дольше заражённая душа сопротивляется Гнили, тем больше вероятность, что она переживёт отвратительные перемены и тем более могучим будет чумоносец, как только трансформация будет завершена. Такие индивиды часто одержимы робостью, так как им ещё долго придётся оценивать благословение своего нового существования. Тому, кто действительно обратился к делу Нургла, жизнь в виде холмика гниющей кипящей плоти с его отвратительными телесными функциями видится как наивысшее благословение, а не презренное проклятие, которое никогда не закончится.                            

Advertisement